электронная газета о профилактике зависимостей
№ 8 (11) август 2011
Главный советник

Хочешь быть здоровым? Трудись!

Депутат Государственной Думы Кира ЛУКЬЯНОВА видит выход из критической ситуации с немедицинским потреблением наркотиков в развитии малого бизнеса.


ОСТРОВ НЕВЕЗЕНИЯ

Каждый день в России от употребления наркотиков умирают 80 человек и более 250 наших соотечественников становятся наркозависимыми. Сегодня на игле сидят от 2,5 до 6 миллионов россиян. Еще немного и вся страна скатится в пропасть, ведь по оценкам специалистов, уровень этой зловещей напасти, охватившей 5% населения, представляет реальную угрозу генофонду нации. Тут, как говорится, на войне как на войне. И все-таки, все ли меры хороши для эффективной борьбы против растущей наркомании?!

Горячие дискуссии в обществе вызвала инициатива, обнародованная на состоявшемся 18 апреля 2011 года заседании Госсовета РФ под председательством Президента России Дмитрия Медведева. Наряду с другими экстренными мерами по развертыванию тотальной войны с наркоманией планируется введение уголовной ответственности за употребление наркотиков.

С одной стороны, наркотики человек в одиночку, как правило, употребляет крайне редко. К тому же далеко не у каждого имеется достаточно средств, чтобы, не создавая проблем для окружающих, приобретать для себя наркотики, которые, как известно, легально у нас в стране не распространяются. А статистика, особенно в мегаполисах, куда как безотрадна: каждый наркоман подсаживает на иглу за свою недолгую жизнь до 20 человек, ранее обходившихся без наркотиков. Причем стоит отметить специфику этой напасти в России: 90% наркоманов в нашей стране употребляют героин – самый опасный из натуральных наркотиков. Уровень деградации личности у «героинщиков» происходит очень скоротечно, а в поисках средств на ядовитое зелье они не останавливаются ни перед чем. Вот весьма убедительная цитата из письма наркомана с годовым стажем, которое пришло в одну из российских телестудий: «Готов продать родных сестер и мать, если понадобятся «бабки» на дозу «герача». Разве таких получеловеков можно оставлять на свободе?!

Вроде бы однозначный ответ напрашивается сам собою. Но нет, есть те, кто думают иначе.

«Человек вправе распоряжаться своей судьбой, как ему угодно. Если он употребляет наркотики, и от этого другие люди не страдают, тогда его незачем наказывать. Наказывать наркоманов стоит только тогда, когда они совершили реальное преступление, нанесшее кому-либо вред» – считает президент Адвокатской палаты Москвы Генри Резник.

Как утверждает коллега Резника Людмила Айвар, в тюрьме наркоман не излечится от зависимости, а выйдет матерым уголовником, научившимся воровать и совершать другие преступления.

Согласно мировой практике, говорят адвокаты, наркоманов необходимо лечить, а не сажать за решетку. Причем лечение должно быть добровольным.

Протоиерей Димитрий Смирнов, отвечающий в Русской православной церкви за взаимодействие с силовыми структурами и уделяющий особое внимание борьбе с наркоманией, отстаивает свою точку зрения на эту проблему: «Есть два варианта. Либо наркоман лечится, либо его изолируют от общества. Нет, не в тюрьму. У нас в стране есть много островов – на Севере, на Дальнем Востоке. Наркоман вовсе не безобиден для общества: по статистике он вовлекает в наркоманию еще один-два десятка человек. Те же, кто хотят выкарабкаться из этой трясины, должны лечиться. Год в больнице, а потом еще год в профилактории».

Вот и третий вариант решения данной проблемы. Так какой же из вариантов взять за основу будущего законопроекта или поправок к ныне действующим положениям в законодательстве нашей страны?

На мой взгляд, как в подавляющем большинстве случаев, истина лежит где-то посередине. Наркоман должен сам для себя сделать выбор. По крайней мере, на первом этапе. Речь здесь может идти о различных реабилитационных центрах: частных и государственных. А затем, если положительных перемен там не последовало, его выбор находится между лечением в назначенном ему центре реабилитации или длительной «командировкой» на отдаленные острова, в места спецпоселений. Кому-то эти методы могут показаться не слишком гуманными, однако, на войне не до сантиментов.

ЯНКИ, ГИЛТЫ, ХЭППИ ЭНД

Впрочем, давайте посмотрим, как обстоит дело с этим вопросом за рубежом, например, в США. Насколько приемлем для нас может быть американский опыт? Что из себя представляет типичный реабилитационный курс для наркоманов в этой стране?

Мать нашего героя (назовем его Витей) вышла замуж за американца и уехала из России в Штаты, когда Вите было 10 лет. Четыре года находился он на попечении бабушки, а затем мать забрала его к себе в Нью-Йорк. Дальше события развиваются по расхожему сценарию: у мамы новый ребенок, подросток никому не нужен, улица, неразборчивость в знакомствах, дурные компании, наркотики. Всего за год Витя от «травки» дошел до героина вперемежку с кокаином. Потом попался на хранении.

Суд в таких случаях выносит два решения: либо виновный отправляется отбывать наказание в колонию, либо (но исключительно по собственному добровольному выбору) – в реабилитационный центр.

Таких программ в Штатах действует несколько, большинство из них – частные, организованные бывшими наркоманами. Программы финансируются государством. Рассчитаны на три года. Первый год зависимые проводят в изоляции, в небольшом, очень скромном доме в глуши. Выезд за территорию и свидания с родственниками запрещены. Но никого наручниками к батареям или кроватям не пристегивают. За пронос, употребление, а тем более распространение наркотиков – исключение из программы. Встать и уйти можно в любой момент. Единственное условие: перед самым выходом из здания – скамейка, перед ней – пустая стена, на этой скамейке нужно просидеть около получаса, потом окончательно объявить о своем уходе. Возврат в программу практически невозможен, у каждого есть один, в редких исключениях два шанса. Методы работы центра довольно либеральны. Понятно, что там не обходится без «групповой терапии»: человек десять сидят, часами выколачивают друг из друга причины обращения к наркотикам, провоцируют выход эмоций. И так по разу в неделю. Причины, к слову, бывают самые разные – от неудачной влюбленности и обиды на родителей за невнимание и до сексуального домогательства с их же стороны.

Все работы по содержанию дома – от приготовления еды до чистки унитазов – на подопечных. У каждого свои обязанности. При этом если ты увидел, что другой не выполнил свои обязанности, должен сделать это за него. В центре действует система «гилтов» (от английского guilt – вина). Прошел мимо наполненного мусорного ведра и не выкинул – это провинность и твоя, и того, кто не выполнил работу. И на собрании об этом надо рассказать. Если умолчишь, и потом об этом узнают – еще один «гилт». После того, как ты сообщил о своей ошибке, ходишь с плакатом во всю спину и грудь, на котором указано, в чем ты провинился.

Помимо плакатов за серьезные «гилты» даются наказания. Их суть – тупая механическая работа, например, драить до блеска спортзал (размером с баскетбольную площадку) губкой для мытья посуды или перетаскать столовой ложкой кучу снега во дворе из одного угла в другой.

После года изоляции воспитанников начинают отпускать домой на выходные. Без денег. Родители и родственники до этого момента проходят тренинги, обучаются, как общаться с бывшим наркоманом. На третий год подопечных выпускают. Дают 60 долларов в неделю на карманные расходы, а также проездные (чтобы не было лишних наличных). Воспитанники должны еженедельно приходить и отмечаться по месту жительства.

Следующий этап реабилитации – работа. Разрешен только определенный круг профессий – самые низкоответственные и требующие физических нагрузок. Витя целый год развешивал одежду в универмаге. А дальше – свободная жизнь.

Конечно, иллюзий нет. В программе одновременно участвуют около 150 человек. Из них заканчивает от силы половина. Но срывается потом не больше пяти человек. Виктор не употребляет наркотики 12 лет, открыл свой бизнес по продаже грузовиков.

НЕ ВАЛЯЙ ДУРАКА, РОССИЯ!

Я специально почти дословно воспроизвела этот рассказ, эту заурядную для США историю, которая навела меня на следующие выводы.

Во-первых, сразу видно, что врачи, психологи, социальные работники, юристы, социологи и другие специалисты, участвовавшие в разработке подобных программ, не зря едят свой хлеб. Разработанная ими и применяемая на практике методология логична и гуманна. Думается, российским авторам будущих аналогичных программ по реабилитации наркоманов есть чему поучиться у своих американских коллег.

Во-вторых, нельзя не обратить внимания на достаточно высокую эффективность такого рода программ по реабилитации наркоманов: более трети от общего числа воспитанников, решивших преодолеть недуг, становятся выпускниками центров, а из этих реабилитантов в последующие 12 лет уходят в рецидив менее 10%. Для сравнения отметим, что пока в среднем по нашей стране полноценных ремиссий (если в течение двух лет человек не употребляет наркотики, у него произошла адаптация и улучшилось качество жизни) не превышает 7%.

В-третьих, деятельность частных реабилитационных центров в США (и других странах Запада) имеет солидную государственную поддержку. А именно этого и недостает десяткам открывшимся в последние годы российским центрам по реабилитации, некоторые из которых, несмотря на ограниченность в средствах, добились обнадеживающих результатов. В большинстве случаев этот прогресс связан с плодотворным сотрудничеством с РПЦ, которая также успешно использует в борьбе с наркоманией передовой зарубежный опыт. Не случайно в «Концепции Русской православной церкви по реабилитации наркозависимых» отмечается, что в некоторых церковных и церковно-общественных центрах используются методологии, заимствованные из опыта государственной наркологии, и методологии, разработанные в других странах, например, «Терапевтические сообщества», «Программа 12 шагов».

В России уже возникло немало самобытных реабилитационных центров, накопивших существенный положительный опыт, нуждающийся в обобщении и систематизации. Пришло время ускорить эти процессы и разработать на основе зарубежного опыта необходимую документацию, которая ляжет в основу деятельности Национальной сети реабилитационных центров. А для унификации подходов надо разработать национальные стандарты оказания помощи и медико-социальной реабилитации наркоманов.

В-четвертых, принцип добровольного прохождения реабилитационного курса осужденными вряд ли проявляется в чистом виде и в полной мере. На самом деле вовлечение наркоманов в программы по реабилитации носит, как принято выражаться, добровольно-принудительный характер. Что, однако, не мешает американским специалистам добиваться высоких результатов по эффективности программ.

В-пятых, воспитанники центров реабилитации обязаны выполнять какое-то время (как минимум в течение года) несложную работу, которая, желательно, была бы связана с физическим трудом. К примеру, устроиться дворником, грузчиком, чернорабочим, посудомойщиком, уборщиком помещений и т.д. Но это в основном реально в городах, особенно в мегаполисах. А на селе? Конечно, можно вести личное подсобное хозяйство, заняться столярным, гончарным и даже кузнечным ремеслом. Но не у всех есть способности и условия для этого. Однако мужчины могут взяться за заготовку дров (для продажи) и плетение корзин, могут помочь дачникам в благоустройстве их участков, а женщины могли бы рукодельничать, сбывая свою продукцию в лавках, магазинах, салонах, а также на ярмарках и базарах. Главное, чтобы все это делалось на законных основаниях, легально. И для этого, мне кажется, следует разработать и принять законопроект (или поправку к закону), который освободил бы вчерашних наркоманов от всех налогов и податей, связанных в этот ответственный период социальной адаптации с их нелегким трудом. Чтобы ни один полицейский (в том числе и участковый) или налоговый инспектор не смог бы даже при всем своем желании придраться к ним из-за этого и спровоцировать их на рецедив.

И, наконец, в-шестых. Большинство счастливых историй о возвращении бывших наркоманов к полноценной жизни на Западе заканчивается как под копирку – недавно он открыл свое дело, которое приносит ему постоянный доход. Как правило, имеется в виду малый бизнес. К сожалению, в России с малым предпринимательством ситуация сложилась совсем не такая, как на Западе. Она требует коренных реформ и системного оздоровления. Депутаты оппозиционных партий (в том числе и «Справедливая Россия», которую я представляю) неоднократно вносили свои предложения, направленные на развитие малого предпринимательства и создания для него благоприятных условий. Однако пока у «Единой России», партии власти, свое видение сложившейся ситуации, которая во многом по этой причине не улучшается, хотя решение данной проблемы уже давно назрело и, конечно, оно затрагивает интересы всего российского общества.

Вот к каким выводам меня подвели оживленная дискуссия в нашем обществе по весьма конкретному вопросу и небольшой, но правдивый рассказ о том, как наш соотечественник сумел в США преодолеть свою наркотическую зависимость и стать полноценным членом американского общества. Я не апологет западного образа жизни, но и не квасной патриот. Мне хочется, чтобы таких историй с «хэппи эндом» в России тоже с каждым годом становилось все больше. А еще я – неисправимая оптимистка: искренне верю в победу добра над злом – в данном случае здравого смысла над наркоманией, чумой ХХI века.


На главную