электронная газета о профилактике зависимостей
№ 9 (12) сентябрь 2011
Главный советник

Главный о главном


ПРЕЗИДЕНТСКОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО

Достаточно ли эффективно государство борется с распространением наркомании среди россиян?

Е. БРЮН: — В апреле этого года в Иркутске состоялось заседание президиума Госсовета под председательством президента Дмитрия Медведева, в ходе которого был дан ряд поручений по профилактике наркомании в стране и разработке необходимых мероприятий в этом направлении. За прошедшее время Минздравсоцразвитием подготовлен проект приказа об утверждении порядка тестирования несовершеннолетних и молодёжи, который сейчас проходит согласование в министерстве юстиций. Я думаю, мы скоро получим документ, который будет регламентировать эту работу. Он обозначит взаимодействие образовательных и наркологических учреждений.

Мы уже давно – десять лет – занимаемся этой работой в Москве. В этом году мы начали тестировать школьников. Подчёркиваю, это будет только в добровольном порядке. Каждый подросток и его родители будут подписывать документ о согласии прохождения подобного тестирования. Наша задача – мотивировать людей, объяснить, что бояться этого не нужно. Поскольку речь не идёт о заболевании, никакой медицинской документации вестись не будет. Для нас просто важно выявить человека, который имеет опыт употребления наркотиков, и переговорить с ним. Такая технология, разработанная нами, очень эффективна: в тех коллективах, где мы работаем, уровень потребления наркотиков снижается примерно в пять-семь раз.

Есть такой термин «социо-терапевтическая интервенция», что в переводе на русский язык означает «раннее выявление и вмешательство». Мы должны как можно раньше выявить человека, который начал употреблять наркотики, вмешаться в эту ситуацию и понять причины. Человек не начинает принимать наркотики на пустом месте, всегда есть какая-то подоплёка, причина, ведущая к пробам, а потом и к развитию зависимого поведения. Когда заболевание уже формируется, тогда всё становится сложнее, поэтому я думаю, что государство пошло по правильному пути: профилактика – это гораздо дешевле и эффективнее, чем лечение и последующая реабилитация.


РЕОРГАНИЗАЦИЯ НА МАРШЕ

О профилактике мы говорим часто и много. Наверное, и впредь будет о чем поговорить на эту тему. Хотя бы по той причине, что решить проблему предупреждения наркотической зависимости сейчас и сразу невозможно. А что вы можете сказать о лечении наркомании?

Е. БРЮН: — В последние полтора года министерство здравоохранения серьёзно начало реорганизацию и модернизацию наркологической службы страны. Основополагающим документом на эту тему является приказ минздравсоцразвития России «Об утверждении порядка оказания наркологической помощи гражданам Российской Федерации». Это громадный документ, который готовился очень долго. Мы постарались внести туда все новации российской и мировой наркологии, создать некую систему оказания помощи. Это очень важно, так как исторически сложилось, что отечественная наркология развивалась в рамках сугубо медицинских программ лечения заболеваний, связанных с химической зависимостью. На Западе же занимались в основном социальной реабилитацией. Оба подхода отдельно друг от друга оказались неэффективны, поэтому мы начали внедрять поэтапную систему профилактики, лечения и реабилитации больных наркологического профиля. Министерство здравоохранения взяло это за основу, и теперь данная система распространяется на все наркологические службы всех субъектов федерации. Мы, собираясь на совещания и конференции, всегда обсуждаем вопросы реализации этого приказа о порядке оказания помощи, дополнения наркологической службы необходимыми структурными элементами: отделами профилактики, подразделениями реабилитации, связями с социальными службами, службами занятости населения, с образованием, с работодателями. Это очень важная работа, потому что больной, пройдя медицинское лечение и диагностику, видит, что мир остался таким же, каким он был до начала употребления наркотиков, а это часто приводит к возобновлению зависимости. В связи с этим мы начали формировать лечебную субкультуру. Для этого накопилось уже достаточное количество выздоравливающих больных алкоголизмом и наркоманией, имеющих большой срок ремиссии. Они подтягивают к себе новых членов сообщества и помогают им пережить особенно тяжёлый первый год после прохождения основного курса лечения и реабилитации. Я думаю, что это серьёзное новшество для отечественной наркологии, которое поможет нам – и цифры уже подтверждают наши расчёты – повысить эффективность нашей работы.

Создание этой системы – основное, что сейчас происходит в отечественной наркологии. Конечно, чего-то нам ещё не хватает, например, законодательной базы. Прежде всего, это касается профилактической работы: работодатели не настроены на сотрудничество с нами, что является большой проблемой. Если говорить об образовательных учреждениях, то там основная проблема – это начало употребления наркотиков. Образовательные учреждения далеко не всегда согласны с нами сотрудничать в полной мере. Я думаю, рано или поздно эта серьёзная проблема будет решена, это наше перспективное развитие.

В Москве сейчас проходит реорганизация наркологической службы: создаётся большой холдинг, во главе которого стоит Московский научно-практический центр наркологии. Раньше были самостоятельные наркологические диспансеры, разной наркологической подчинённости, теперь же они вливаются как филиалы в Московский научно-практический центр наркологии, что позволит вовремя принимать и управленческие решения, и налаживать единую систему помощи. Мы дополнили наши наркологические диспансеры отделами профилактики, отделениями реабилитации и выстраиваем всю технологическую цепочку профилактики, лечения и реабилитации.


ЧТО ПОСЕЕШЬ, ТО И ПОЖНЕШЬ

Разъясните, пожалуйста, ситуацию, когда люди, призванные законом бороться с любыми проявлениями наркотической зависимости, ратуют за расширение посевных площадей под наркосодержащие растения?

Е. БРЮН: — Действительно, не так давно прозвучала инициатива ФСКН о возрождении промышленного взращивании и производства конопли. Из истории известно, что это растение очень полезно для промышленности: это и волокна, и бумага, и паруса, и канаты, и масло – чего только не производят. Человечество всегда использовало коноплю в промышленных целях. Правда, есть одно «но» – конопля содержит наркотическое вещество. Насколько я знаю, конопля – это один род и один вид, и называется она со времён чуть ли не Линнея «сannabis sativa» или «посевная конопля». Есть и другие точки зрения. Некоторые учёные выделяют разные виды: «индийская конопля», «посевная конопля», «сорная конопля», но большинство ботаников сходятся на том, что это один вид растения и разница только в том, где и на каких почвах оно произрастает. Чем южнее ареал взращивания конопли, тем больше она содержит каннабиноидов. В средней полосе России их содержание в этом растении достаточно высоко. Давно – не одно десятилетие – ведутся научные разработки по выращиванию конопли без содержания наркотического вещества, но я пока не слышал, чтобы эти разработки увенчались успехом. Не так давно, правда, Миннесотский университет Соединённых Штатов объявил о том, что им удалось путём генной инженерии изменить генотип и фенотип этого растения, благодаря чему содержание наркотического вещества сильно снизилось. Эти разработки пока в лаборатории, и о промышленном производстве говорить ещё рано. Я думаю, будет здорово, если учёным удастся вывести такие сорта конопли, которые не содержат наркотическое вещество. Наверное, когда-нибудь это произойдёт, но на сегодняшний день любая конопля содержит наркотики.

При таком интересе подростков и молодёжи к конопле или, как они сами говорят, травке, внимание к посевам будет обеспечено самое пристальное: ни какие заградотряды не уберегут урожай от разворования. Многие не понимают, что это наркотическое вещество, ведущее к тяжёлым психическим шизофреноподобным расстройствам. Но это вопрос не столько медицинский, сколько правоохранительный. В Советском Союзе было достаточно много хозяйств, которые занимались разведением конопли, но тогда такого наркотического «бума» не было, и никто не использовал это растение в подобных целях.

Никто не занимался и исследованиями того, что происходит с людьми, занятыми выращиванием конопли. Например, может ли конопля воздушным путём отрицательно воздействовать на тех, кто по долгу «службы» подолгу соприкасается с ней? А вдруг это прямой путь к зависимости? Наука молчит.

Я думаю, что ФСКН, структура, которая занимается контролем за оборотом наркотических веществ, не просчитала скрупулезно и многие другие факторы риска. Например, как воспрепятствовать стихийному распространению посевов в таких регионах, как Амурская область, восточные и южные районы Сибири и Дальнего Востока, где конопля в своём естественном виде поражает практически всю свободную площадь? Или что «популяризаторы конопли» знают о медицинских последствиях приёма конопли – таких, как тяжёлые психозы, протекающие очень долго и лечащиеся тяжело или вообще не поддающиеся лечению? Или об особенности отечественных наркоманов, употребляющих в качестве наркотиков всего подряд, в результате чего лечение наших больных тяжелее, чем идет куда хуже, чем лечение наркоманов на Западе или в Америке?

Иными словами, прежде чем один раз отрезать, нужно 7, нет, 77 раз хорошо подумать.

Огромное спасибо, Евгений Алексеевич, за ответы на наши вопросы. Для будущего интервью с вами мы уже отобрали вопросы из числа тех, что были заданы во время встреч специалистов Благотворительно фонда «НАРКОМ» с представителями социальных служб страны и пользователями «горячей линии».

беседовал

Виталий БОГАЧЁВ


На главную